Любовь Михайлова: "Единого голоса Донбасса не существует"

Печать

Любовь Михайлова - бизнесвумен, основательница платформы современной культуры "Изоляция", которая существует в Донецке с 2010 года. "Изоляция", размещенная на территории бывшего завода изоляционных материалов, занимается современным искусством и популяризацией культуры на Донбассе.

9 июня 2014 года территорию культурной платформы захватили боевики. Работникам "Изоляции" повезло: как раз в этот день они были в Киеве на семинаре. Почти все они в Донецк с тех пор не возвращались - так и путешествуют с чемоданом, собранным для двухдневной поездки. Временное пристанище "Изоляции" находится на ВДНХ, еще одной территории, требующей переосмысления после советского периода.

"Мы просили, чтобы нам дали 19-й павильон, он мой любимый здесь, построенный в стиле конструктивизма, - рассказывает Михайлова, когда мы встречаемся с ней на ВДНХ. - Но, к сожалению, нам отказали". Поскольку территория находится в ведомстве Госуправления делами (как и "Мистецький Арсенал"), добиться нужного ответа бывает не так уж и просто.

"Изоляция в экзиле" (так теперь называется сайт фонда) сейчас занимается организацией спектакля театрального режиссера Вирляны Ткач (Ткач живет в Нью-Йорке, но родом из Украины) о людях Донбасса. Музыку к спектаклю пишут Dakh Daughters, а премьера должна состояться на Гогольфесте в сентябре. Кроме того, "Изоляция" запускает "Донбасские студии", которые, по словам дончанки Любови Михайловой, должны помочь понять, как развиваться региону после окончания боевых действий.

LB.ua поговорил с основательницей "Изоляции" о стереотипе "услышьте Донбасс", о несамостоятельности тамошних жителей и о том, что сегодня нужно украинской культуре.

Вот вы хорошо знаете Донбасс, вы можете объяснить, что там сейчас происходит? Что такое “услышьте Донбасс”? Что нужно услышать?

Услышьте Донбасс” – это один из стереотипов, которые устанавливались в Донбассе много лет. Чтобы понять их корни, нужно глубоко копать – там много пластов, начиная с истории о том, как заселялись эти земли, заканчивая новейшей историей Донбасса.

Нужно понимать, например, что там никогда не было чисто русскоязычной территории – там жили греки, болгары, татары и другие национальности. Еще один немаловажный фактор - индустриализация, до эпохи Советского союза и во время. Ресурсы Донбасса, уголь были главными героями этого региона и двигателем прогресса. При СССР на Донбассе рядом с индустриализацией была идеология, строились градообразующие предприятия, вокруг которых и проходила вся социальная жизнь: днем на работе, дети в школе, которая принадлежит предприятию, а вечером в клубе или библиотеке, которые тоже находятся в этой неразрывной цепочке. Так на Донбассе укрепился стереотип "стабильности". Главным героем этой идеологии был трудящийся человек, Паша Ангелина, стахановцы. То есть, люди кроме "зрелищ и хлеба" получали удовлетворение от того, что они – главные герои этого общества.

Фото: Вадим Крутивус

С приходом новой эпохи все предприятия оказались в руках у олигархов, которые не инвестировали в диверсификацию экономики Донбасса, не инвестировали в культуру. Культ героя-труженика рушится. Вместо старой идеологии людям в лучшем случае предложили футбол.

Продолжая нищать, люди на Донбассе, все еще ждут это самой “стабильности”

Но они уже не герои, они стоят в очереди на шахты, чтобы спуститься в лаву со страшными условиями труда и заработать свои, дай Бог, 500 долларов. Это люди, 80% которых никогда не выезжали за пределы Донецкой области. И ни один из украинских президентов, ни одно из украинских правительств не дало им шанса перестроиться, попробовать новые экономические модели, иметь выбор.

То есть, украинская власть за 23 года не предложила им новую культурную модель жизни?

Не только культурной, но и экономической модели не предложили. Кроме той, что осталась от Советского Союза.

Низкий уровень экономического развития сделал жителей Донбасса рабами. Ими очень легко манипулировать, делая инъекции: “хунта в Киеве”, “бандеровцы”, “русский язык” и так далее.

Вообще русский язык на Донбассе – это еще один метод манипуляции. Нужно понимать, что там никогда вопрос русского языка не стоял. Русский доминировал на Донбассе последние лет 70-80. Ты мог учиться в греческой школе, но с греческим языком в университет ты бы не поступил, мог учиться в украинской школе, но и с украинским языком в университете у тебя ограничен выбор специальностей, только с русским языком у тебя открыты все двери. Таким образом, русский всегда агрессивно доминировал. А как только появлялись попытки восстановить статус-кво и дать другим культурам развиться, сразу начинались манипуляции местных политических элит этой темой в своих целях. Причем этнических русских на Донбассе – всего 12%.

Безусловно, эта рабская ментальность была выгодна всем – от олигархов до правительства. Людям не позволяли самостоятельно думать.

Если, допустим, Донбасс хочет этой самостоятельности, то в каком формате – как часть Украины, или же как автономная область?

В том-то и дело, что Донбасс – это очень неоднородное образование. Там живет 90 национальностей, все они имеют право на мнение. Когда вы задаете вопрос “хочет ли Донбасс”, вы становитесь жертвой провокации, которая называется “голос Донбасса”.

Фото: Вадим Крутивус

То есть, нет никакого “голоса Донбасса”?

Одного “голоса Донбасса” нет. “Голос Донбасса” узурпирован сегодня олигархами и обслуживающими их местными бюрократическими элитами, многие из которых остались еще со времен советской власти. Им выгодно представлять, что у всех жителей Донбасса “одна мысль на всех”, которую они озвучивают.

“Изоляция” же, как культурный центр, давала площадку для высказывания разных мыслей, разных мнений. На наши проекты приходили разные люди – молодые, старые, их родные и близкие. Они встречались на разных выставках, им нравилось или не нравилось, но потом они обязательно спрашивали: “А когда будет следующая?”. Люди возвращались и понимали то, что существуют разные точки зрения, плюрализм мнений. Поэтому мы были среди первых, кого вынудили оттуда уехать. Мы очень сильно раздражали монолитный “официальный голос Донбасса”.

Например, еще в 2013 году во время дней американской культуры на нашей территории нас уже приходили громить ребята из так называемой “Донецкой республики”, которая, кстати, была запрещена в то время. Их приезд к нам был обеспечен облисполкомом: их привезли на автобусах, с плакатами и громкоговорителями, потом они ворвались на частную территорию, а милиция стояла через дорогу и лузгала семечки. После этого я обращалась в милицию и органы власти, но никакого ответа, конечно же, не получила.

Как разворачивалась ваша деятельность во время Майдана, ведь в Донецке движение Майдана было не очень сильным?

Несмотря на то, что мы не политическая организация, у нас есть гражданская позиция. Естественно, мы хотим демократических изменений, понимаем, что право на самовыражение и плюрализм мнений, которых так не хватает в нашем регионе, являются важными составляющими этого процесса. Мы поддерживали Майдан, в том числе финансово, в “Изоляции” работал медиа-центр, который помогал журналистам и документалистам – как украинским, так и иностранным. Мы и донецкий Майдан поддерживали, но он, к сожалению, так и не случился, потому что в Донецке очень мало людей, поддерживающих открытые протесты, и очень велик страх.

Последнее наше мероприятие - Украинский литературный фестиваль, тема которого "Язык и Насилие". На него приехали писатели, живущие в Украине и пишущие на разных языках, а также журналисты, политики, философы с разными взглядами и позициями. Было много студентов. Обсуждения проходили очень бурно, но абсолютно цивилизованно, несмотря на самые противоположные мнения. А в это время “голос Донбасса” требовал “услышать Донбасс”. Но на самом деле никто не хочет слышать настоящий, молодой и здравомыслящий Донбасс, никто не хочет признать, что он на самом деле существует.

Фото: Вадим Крутивус

Сегодня мы анонсировали платформу "Донбасские студии", инициирующую исследования о Донбассе, в первую очередь - социально-экономические, привлекая специалистов в этой области и используя известные миру методы. Первое, чем мы хотим заняться, – это изучением феномена теневой экономики и как это привело к тому результату, который мы имеем сегодня. Мы хотим разложить экономику Донбасса на составляющие и посмотреть, как она работала все эти годы.

Нас уже поддерживает Киевский университет имени Шевченко и мы ведем переговоры об участии с несколькими западными университетами. На основе этих исследований будет сделана “дорожная карта” развития Донбасса будущего.

От власти никогда вам никакой поддержки не поступало?

Нет, конечно. У нас никогда не был мэр Донецка, хотя мы его приглашали. Никогда не были губернатор и представители облисполкома. “Изоляция” находится не в центре города, поэтому мы годами просили о том, чтобы нам помогли с организацией автобуса из центра города. Власть полностью игнорировала все просьбы.

Но каждый иностранец, будь то дипломат или бизнесмен, приезжая в Донецк, приходил в “Изоляцию”. Потому что мы – единственная культурная точка, которая как-то ассоциируется с демократией и западным миром, мы говорим на понятном демократическому обществу языке искусства.

К сожалению, в результате победы Майдана у власти оказались те же люди, что и после Оранжевой революции. Местное население восприняло это так же, как и в 2004: мол, “были бело-голубые, пришли оранжевые”. И населению уже очень просто было воспринять инъекции про "хунту".

Что мы видели потом? Мы видели совершенно невнятную позицию переходного правительства, тогда как “голос Донбасса” просто перегруппировался.

Местная милиция, местные провластные структуры, бизнес, крутящийся вокруг этого, а также их водители, строители - вся эта клоака никуда не делась

Министр внутренних дел Аваков как-то заявил, что, мол, самим дончанам нужно за себя ответить, как киевляне ответили за Киев. Но в Киеве 80% населения поддерживали Майдан, а у нас людей, которые хоть как-то выражают свое мнение, избивали заточенной арматурой на демонстрациях. Такая позиция центральной власти – выходи на площадь и решай свои проблемы сам – способствует лишь тому, что нормальные люди из Донбасса уезжают.

Фото: Вадим Крутивус

Расскажите, пожалуйста, как вы оказались в Киеве и что сейчас происходит на территории Изоляции?

Территорию “Изоляции” захватили 9 июня, как раз во время “перемирия”. Когда Европа, с одной стороны, требовала, чтобы власти проводили мирные переговоры с сепаратистами, а с другой – доносились призывы Ахметова “не бомбите Донбасс”. В это время Донецк заполнялся боевиками и оружием. “Изоляцию” захватили под предлогом того, что ДНР нужно разместить гуманитарную помощь из России. Чем оказалась эта гуманитарная помощь? Боевиками и оружием. На нашей территории разместились батальон “Восток”, формирование "Оплот". Возглавляет все это боевик “Монгол”, профессиональный наемник из России, который тренирует новобранцев ДНР. Кроме того, в “Изоляции” находится что-то вроде ЧК, которую возглавляет некто комиссар Баранов, человек из “Молодых регионов”, организации Януковича-младшего.

15 июня мы обратились с президенту Петру Порошенко с требованием адекватно ответить на события на Донбассе. Под этой петицией мы собрали подписи 1000 дончан.

“Адекватно ответить” – это вы что имеете в виду?

Любая государственная власть имеет силовые инструменты, чтобы себя защищать. И финансируют эти силовые инструменты каждый гражданин страны через уплату налогов. Поэтому каждый гражданин страны рассчитывает на защиту себя и своих гражданских прав. Об этом мы и просили Президента.

Какие есть возможные варианты развития Донбасса, на ваш взгляд?

Стоит хорошо подумать: нужна ли нам тяжелая промышленность на Донбассе? Кто является бенефициаром прибыли? И что мы от нее получили? Бедный, необразованный сегмент населения, у которого нет выбора.

Как вариант, сделать на Донбассе базу НАТО. НАТО – очень сильный стимулятор экономических процессов: где появляется НАТО, там появляется инфраструктура, маленькие производства. Люди приносят на территорию свои субкультуры. Поскольку Донбасс – это территория, куда люди всегда привносили свои субкультуры, это будет органично. Понятное дело, что в этом случае нужны субкультуры, которые будут вызывать уважение у бывших элит. А у бывших элит уважение вызывает только сила.

Во всех ваших ответах культура тесно связана с экономикой. Но власти, кажется, не понимают этого: в их глазах культура вообще не играет никакой роли. Можно ли это изменить?

Сейчас очень важно, чтобы в государстве поняли, что культура – это составляющая идеологии и инструмент, который стимулирует развитие экономики. Страны, которые борются за умы своих граждан, это очень хорошо поняли. Это поняла Россия, это понял Китай. Мы видим, как Россия выставлена на Венецианской биеннале, как Украина выставлена.

Фото: Вадим Крутивус

Подходишь к американскому куратору и спрашиваешь: а почему архитекторы из Харькова считаются русскими? Он говорит: ну как же, Харьков - это же Россия.

Вот, к примеру, Архитектурная биеннале, которая сейчас проходит в Венеции. Экспозиция в русском павильоне называется “Fair enough” (пер. “Достаточно честно” - прим.), там организатор – московский арт-центр “Стрелка”, американский куратор и спонсор - ГазПром. На тему биеннале "Модернизм" Россия отвечает “что Россия дала модернизму?”. И показывает “русских архитекторов”, в том числе из Украины, например из Харькова. Подходишь к американскому куратору и спрашиваешь: а почему архитекторы из Харькова считаются русскими? Он говорит: ну как же, Харьков - это же Россия. Ты можешь с этим поспорить, но лучше, если бы вместо тебя спорил украинский павильон. Но в этом году украинский павильон на Архитектурной биеннале – это палатка с Майдана, в палатке - три смерти с косами, лузгающий семечки дядя, который даже не может тебе ответить на вопрос, кто куратор всего этого. И о модернизме ни слова.

А “Изоляции” не поступали предложения курировать украинский павильон на биеннале современного искусства в следующем году? Как вы вообще относитесь к тому, что Украина может сделать совместный проект с Польшей?

Что касается украинско-польского сотрудничества – нужно хорошо подумать, какой месседж мы хотим передать. Если это обдуманный шаг - разместиться в польском павильоне, намекая на политическую составляющую - это одна ситуация. А если это наше неумение организовать самостоятельно качественную процедуру отбора, подготовки и представления национального павильона - это совсем другая ситуация. Мы готовы выступить в роли организаторов.

Но дело в том, что сегодня люди в Минкульте, принимающие подобные решения, являются заложниками старой системы, которая связывает любого, кто предлагает новые инициативы, по рукам и ногам.

Каких инициатив, в первую очередь, не хватает культуре в Украине сегодня?

У нас отсутствует законодательство, регулирующее филантропию. В мире существуют разные модели финансирования культуры – государственная, как во Франции, и филантропическая, как в США. Я думаю, Украине нужно широко использовать опыт США, где государство не вмешивается в культурную политику, чтобы культурная политика формировалась низовыми инициативами. Не нужно нас сверху “окультуривать”, нам не нужны приезжие "культурные идеологи". Нам нужно создать юридическую базу для стимулирования инициатив на местах и благотворительности, поддерживающей эти инициативы.

Поэтому нужно принять соответствующие законы. Сегодня если ты получаешь деньги на благотворительность, ты должен платить с них налоги, как любая коммерческая организация. Ты постоянно сталкиваешься с ограничениями – не можешь дать грант художнику, не можешь оплатить поездку куратору и так далее. С каждого шага ты платишь налоги, налоги и еще раз налоги. С другой стороны, налогообложение бизнеса построено таким образом, что это никак не стимулирует благотворительность. Особенно важно это сейчас, когда гражданская сознательность общества выросла в разы.

Фото: Вадим Крутивус

Парламент посчитал, что закон о благотворительности не важен, законопроект заблокировала партия "Удар", где господин Пинзеник решил, что этот закон даст возможности для отмывания денег.

Нельзя отдать украинскую культуру в руки клерка, потому что он не хочет развития, он хочет поставить “галочку”. Нужно собрать экспертов по экономике, людей, занимающихся культурой, общественных активистов, которые не заинтересованы в “галочках” и проанализировать потенциал, который имеет культура для современного общества и экономики в том числе.

Чем быстрее мы вырвем с корнем старую коррупционную систему, тем быстрее мы сможем добиться изменений в Украине. Нет никаких сомнений в том, что Майдан запустил положительные процессы. Они должны продолжаться.

Тэги: культура, интервью, Донбасс, современное искусство, биеннале, фонд "Изоляция"
Печать
Читайте в разделе
Выбор читателей